Писано в карантине года 2020, месяца апреля, дня пятого

– в конце первого срока.

Про стариковскую вредность

Посвящается всем, кто старше…

15.04.2020 | Мария Роальдовна Миронова

В свои 56 я обращаюсь к высшим силам: «Боже! Дай мне прожить еще 20 лет, за вредность хотя бы, и своими глазами увидеть, как нынешние 40-летние будут отбиваться от предложения собственных детей принять их заботу и, например, вставить в голову «маааленький чип, чтобы можно было знать, где ты, что делаешь, и в нужный момент легким покалыванием напоминать принять лекарство». Я посмотрю на них, Боже, послушаю, как они ругаются, и скажу им: «АГА!»

Каждый раз, когда я слышу или читаю, как ругают стариков за «вредность и безответственность», за то, что не хотят сидеть дома, не хотят, чтобы им «все приносили», не хотят перестать «ворчать, гундеть и пугаться ерунды», я повторяю себе эту молитву. Попробую вкратце объяснить свою мотивацию:

Основные претензии к старикам сейчас: «Ничего не слушают», «Ничего не объясняют», «Не хотят сидеть дома и принимать заботу и помощь». Претензий, конечно, больше, но эти – самые актуальные.

«Ничего не слушают» или даже «Не хотят ничего слушать»

1.Прежде всего, они плохо понимают. Они почти не ориентируются в понятиях, которыми собеседник оперирует так свободно и быстро: удаленка, дистанционно, волонтеры, заказ по интернету, установить приложение и так далее, и тому подобное. На то, чтобы соотнести эти слова с привычными понятиями человеку в возрасте нужно время. Объяснять надо медленно и несколько раз, с деталями и подробностями. Не «Да тебе все доставят, только позвони!», а «Наберешь номер, там скажут…, ты ответишь…, а потом они позвонят, скажут…, а ты ответишь…» и так далее в таком духе, пока человек не уяснит себе, как это будет происходить. И быть готовым к тому, что слушатель будет раздражаться. Это очень неприятно, когда чего-то важного не можешь уяснить. Вспомните, как это бывало в детстве, когда что-то не понималось, как это злило, как хотелось никогда больше не слышать об алгебре, истории, и прочих скучных и непонятных вещах.

Если мы действительно хотим, чтобы старшие изменили свое поведение, их надо по-настоящему учить. Сменить стереотип поведения – одна из самых сложных задач и в воспитании, и в психотерапии, требующая времени, нешуточного терпения, внимательности и многократного повторения. Лучше всего лично обучать новым формам поведения и, особенно, обращению с гаджетами и новыми реалиями нашего мира. Нужно в режиме онлайн несколько раз пройти нужный вам способ поведения вместе со старшим родственником или знакомым. И попросить его записать последовательность действий. Короче:

Хотите быть услышанными, постарайтесь быть понятными, внятными и подробными.

2.А зачем им слушать, ведь их слушать никто не собирается. Даже странно думать, что у стариков могут быть чувства и логика. Какие там могут быть чувства – ерунда, блажь, старческая придурь. Их опасения смешны, их объяснения непонятны. И вообще нам тревожно их слушать – что-то очень неприятное есть в том, что родители выглядят слабыми, испуганными и растерянными. Погружаться в глубины психологии по этому поводу я не буду, скажу лишь, что это очень естественно – так реагировать на очевидные признаки старости дорогих и близких. Переживать таким образом естественно, но не стоит отмахиваться от собственных переживаний, как и не стоит им поддаваться, начиная лихо подбадривать старших, винить их за «распущенность и мнительность».

Хотите, чтобы вас слушали, готовьтесь слушать и понимать сами.

«Они ничего не хотят объяснять»

1.Им трудно объяснить. Им трудно объяснить нам, чего они боятся. Наши старшие боятся быть ненужными и быть обузой. Способы, которыми они борются с этим страхом, не всегда разумны, но кто же разумен, когда страшно? Наши старшие боятся быть немощными – немощь страшна в любом, даже самом заботливом, обществе. Но этого не объяснить молодому. Не объяснить, как это приближение немощи ощущается каждый день, каждый час. Таких слов просто нет в словаре у молодого.

Хотите, чтобы они объяснили – будьте готовы понять неприятное и сложное.

2.Им трудно объяснить, почему они не хотят слушаться молодых. Им трудно сказать, что они не верят молодым, потому что их опыт научил их не верить, потому что они всю жизнь справлялись сами, потому что поверить, послушаться – значит отказаться от своего опыта, от части своей жизни, от себя. Молодому это не объяснить, он не видит связи между отказом доверить волонтеру принести продукты и утратой части себя.

Хотите, чтобы объясняли, поверьте, что у них есть своя логика.

3.Им просто трудно подобрать слова. В любом сложном конфликтном разговоре слова подбираются с трудом. А старшему вообще сложно подбирать слова— долго, собеседник может потерять терпение, да и собственные силы могут кончиться. А если надежды на понимание мало, то и затеваться с разговором не стоит, легче отмахнуться и перетерпеть простую ругань от младшего.

Хотите, чтобы объясняли – запаситесь терпением, готовьтесь подсказывать слова и начинать разговор заново.

«Они не хотят сидеть дома»

1.Выходить из дома – привычно. Это поведенческий стереотип и его надо менять планомерно и целенаправленно (см. выше). Он встроен в структуру дня, если не выходить, то надо искать замену. В этом можно и нужно помогать. Для этого надо знать о том, как старшие живут, достаточно подробно. Если не знаете, надо поспрашивать и подумать вместе.

Хотите, чтобы они сидели дома – помогите им изменить привычку выходить.

2.Выходить из дома на работу – значит очень много в любом возрасте. Это общение, это статус, это независимость, это ощущение собственной значимости. С возрастом это становится все важнее. Вы готовы им это возместить? Вы готовы выслушать их опасения? Вы готовы обустроить им дистантную работу? Вы готовы помогать им найти новую, если они потеряют эту? Тогда имеете право требовать, чтобы они сидели дома.

Хотите, чтобы они не выходили из дома на работу – помогите им работать на дому или запланируйте помощь в поиске другой работы или занятости.

3.Выходить из дома для старших значит слишком много. Это тренировка, это свежий воздух, это поддержание здоровья и жизнедеятельности. Пропуск даже одного дня в возрасте значит очень много. Это очень реальные потери – боль при возобновлении тренировок, утрата желания выходить, утрата части себя, своего интереса к жизни и ощущения активного участия в ней. Требуя такого, вы готовы потом ходить с ними гулять, разговаривать с ними, возвращать им интерес к жизни?

Хотите, чтобы они сидели дома – будьте готовы потом возмещать им потери от отказа выходить.

И тогда, возможно, ваши дети не захотят ставить вам чип в голову или еще куда-нибудь, а будут в вами разговаривать и тратить на вас свое время, свои силы, свою жизнь, как это, я надеюсь, стараетесь делать вы сейчас для своих старших.

©М. Р. Миронова