Миронова Мария Роальдовна

Специальность

Психолог, директор психологического центра "Школа Здравого Смысла"

Образование

Высшее: факультет психологии Ленинградского государственного университета, 1988. Диплом с отличием.

С 1991 повышение квалификации в следующих областях:

  • Методический тренинг для ведущих групп
  • Гештальт-психология
  • Психосинтез
  • Voice dialogue
  • Ненасильственная коммуникация
  • Посредничество при разрешении конфликтов
  • Клиническая и медицинская психология.

Экзистенциальная психотерапия – более 100 часов в течение 12 лет, в т.ч. стажировка в 1997 г. в США у Джеймса Бюдженталя.

Психологическое консультирование – 800 часов (А.И. Палей, И.А. Алексеева).

Личная терапия

 Индивидуальная личная терапия

  • базовый курс 1993 -1999, 280 часов;
  • 2007 - н.в. – регулярная постоянная личная терапия.

Групповая терапия

  • 1993-1997 – более 300 часов.

Супервизия

 Групповая супервизия

  • 1997-1999 ежемесячно – 360 часов;
  • 1999-2001 еженедельно – 240 часов;
  • 2002-2010 еженедельно – 840 часов.

Индивидуальная супервизия

2010 - н.в. ежемесячно.

Опыт работы

2007-н.в. – частная практика – психологическое консультирование, семинары, преподавание.

2001-н.в. Психолог СПб Фонда кризисной психологической помощи детям и подросткам «Новые шаги»:

  • индивидуальное консультирование детей и родителей;
  • семейная психотерапия;
  • психологические группы для подростков, родителей и специалистов;
  • супервизия для специалистов и волонтеров организаций, оказывающих помощь детям и семьям.

2005-2009. Ведущий городской программы повышения квалификации для специалистов служб сопровождения в образовании «Профилактика девиантного поведения у детей и помощь семьям в трудных жизненных ситуациях» по договору с Академией постдипломного педагогического образования.

2005-н.в. Преподаватель международного института Гуманитарных исследований США, Калифорния International Institute for Humanistic Studies. 4940 Bodega Ave, Petaluma, CA, 94052, U.S.A.

2005-2007. Руководитель районной кризисной службы для детей, подростков и родителей при Центре психолого-медико-социального сопровождения Калининского района Санкт-Петербурга.

2003-2007. Педагог-психолог Центра психолого-медико-социального сопровождения Калининского района Санкт-Петербурга.

2002-н.в. Преподаватель СПб Института практической психологии «Иматон».

1999-2002. Психолог в Кризисной Службе для детей и подростков при Городском Наркологическом Диспансере СПб:

  • психологическое консультирование;
  • психодиагностика;
  • психотерапевтические группы.

1987-2001. Ведущий специалист СПб городского центра профессиональной ориентации и психологической поддержи населения.

1992-1995. Ассистент кафедры общей психологии РГПУ.

1999-2007. Переводчик и научный редактор по договору в издательстве «Питер».

Свободное творчество

  • 1999 – н.в. – ведущий ежемесячной супервизорской группы.
  • Создатель и ведущий многих семинаров (в ИМАТОН и как свободный художник).
  • Некоторые изданные переводы:
    • Дж.Ф.Т.Бьюджентал «Искусство психотерапевта» (изд.«Питер», 2001).
    • И.Ялом «Теория и практика групповой психотерапии» - перевод и научная редакция (изд. «Питер». 1999).
    • Джей Хейли «Что такое психотерапия».
    • Чарлз Крамер «Терапевтическое мастерство».
    • Квале «Интер-Вью».
    • Тэффель, Израэлофф «Родители ссорятся. Что делать?»
  • С 2012 создатель и ведущий курса «Искусство психотерапевта a la russe». 2 ступени по 2 года. На 2017 год – 2 выпуска закончивших полный 4-хлетний курс.

Почему и как я выбрала экзистенциально-гуманистический подход

Ни на что не претендую!

Конец 1980-х  — начало 1990-х годов для практической психологии  — замечательное время. Все советские психологи были почти равны в своем незнании и неумении, а иностранный опыт  — неприменим в категорически иных условиях. Но очень хотелось практической психологии! Она казалась новым инструментом построения лучшего мира, надо было только найти и овладеть. Или, на худой конец, сделать самостоятельно. Мы все стояли посреди непаханого поля, у всех текла слюна от предвкушения, руки чесались, а голову кружили мечты о скорой славе Спасителя людей, Учителя и Гуру.

В 1991-м в моем личном активе имелось: 28 лет от роду, муж, маленькая дочка, факультет психологии ЛГУ (вечернее отделение), 10 лет разнообразного рабочего стажа, пять лет профориентационного консультирования подростков по кустарной, самостоятельно придуманной, изготовленной и опробованной программе, и самое главное – государственная служба, обеспечивающая поток клиентов (ибо непаханое поле возможностей оборачивалось нулевым спросом и неадекватными ожиданиями клиентов). Я выбирала себе подход в понимании людей. И уже смирилась с тем, что имеющиеся академические знания недостаточны, что иностранцы все же могут чему-нибудь научить, что придется изучать ненавидимую мной на тот момент психотерапию.

Я училась вести тренинги, хотя меня тошнило от эмоциональных перегрузок и от возмущения методами ведущих. Мне не нравилось то, что я видела и слышала. И все же я верила, что на свете есть хоть один подход, который не покажется мне подлым и гадким, т.е. тот, который я смогла бы примерить на себя без ощущения растерянности и личного краха.

Иначе говоря, я искала добрый и справедливый подход к человеку, верила, что и я, и все остальные люди заслуживают сочувствия и понимания. Надо мной смеялись. Они тогда просто не знали еще понятий «непроработанный», «невротический поиск афилиации», «комплекс Христа» и других глубоко профессиональных способов выражения недоверия и презрения к салаге, которая к тому же пытается верить тогда, когда вера не приветствуется и не уважается.

С психоанализом Фрейда я определилась еще во времена учения в университете. Он мне не нравился: на мой вкус, в нем было мало жизни и практики. Кроме того, мне было очень неуютно, когда меня интерпретировали. Я просто стеснялась, да и побаивалась таким же образом интерпретировать своих знакомых и клиентов. Помимо этого, с людьми, исповедовавшими психоанализ, было невозможно спорить, и вообще что бы то ни было обсуждать. Все бросались интерпретировать каждое слово и дальше первой фразы дискуссии не продвигались. В такой компании развиваться (да и просто оставаться) было невозможно, потому я решительно развернулась в сторону более новых подходов.

Необходимо отметить, что начало 1990-х было интересным еще и тем, что в страну (в СССР, а потом и в Россию) один за другим стали приезжать крупные и даже великие психологи и психотерапевты, а первым, кто посетил СССР еще в самом начале перестройки, был Роджерс. Ехали из Америки и Европы. Как правило, люди с российскими корнями (иногда еще Российской империи). Они проповедовали искренне, были честны и бескорыстны. Это были люди первого ряда тогдашней науки и практики, они учили тому, что знали и умели сами. Запал их был так велик, что просто рассказы о них, сразу же расходившиеся по городам и весям, вызывали жгучий интерес и ощущение «нам тоже это нужно». Простое наблюдение за ними давало уверенность, что так жить и работать можно, что у нас тоже так получится... Продолжение